Еженедельник собрания депутатов
ненецкого автономного округа
Телефон: 4-09-30
21 февраля 21:10
Среда
Предложить новость

По волнам её памяти

Владимир ПОЧЕЧИКИН Выпуск № 30 (360) 02 октября 2015 Юбилей недели

На минувшей неделе педагог Людмила Владимировна Бурдикова отметила в семейном кругу своё 90-летие.  Накануне юбилея наш корреспондент пришёл к ней в гости.

Острова не выбирают

К нашей встрече она готовилась, как привыкла это делать в школе, когда приступала с детьми к изучению новой темы. За полвека учительской жизни Людмила Владимировна поняла, что для объяснения математических правил и теорем надо попутно владеть материалом по самым разным дисциплинам – истории, географии, физике. Уверена и сейчас, что мир ребёнка безграничен, как космос, и учитель должен в любую минуту быть готовым выйти в это открытое пространство. Всё, что происходит в жизни – либо урок, либо подготовка к нему. Так она поступала всегда и на этот раз не захотела менять привычек: разложила на столе альбомы с фотографиями, рядом – заранее написанный коротенький конспект с основными пунктирами её жизни на Новой Земле. На спинке дивана – большие портреты тех, кого уже нет – мужа Николая, брата, погибшего в Германии в сорок четвёртом, родительской четы.

Вообще, об этом периоде жизни молодой учительницы Людмилы Бызовой, а затем семьи, которую они создали с чернобровым, подтянутым и общительным моряком Николаем Бурдиковым, написано и записано с её слов всё, что она успела и смогла запомнить и донести до нас. Есть книга о жизни Тыко Вылки на Новой Земле, есть очень подробные журнальные публикации её воспоминаний о школе в Белушке, где она делала свои первые шаги в профессии. Есть сайт с названием beluchka.ru, где на форуме «Жители Новой земли» она и другие островитяне выкладывают детальки воспоминаний и фотографии, в том числе школьные. Учительница она строгая, и в книгах, в журнальных публикациях обо всём, что касается её острова, как в школьных сочинениях, много лет подряд находила немало расхождений правды с вымыслом, за что ставила им всем, и своим школярам, и маститым историкам, чуть-чуть заниженные оценки – как бы на вырост.

Вообще, Людмила Владимировна – из племени отличников, это у неё с юных лет. Председатель островного Совета, легендарный художник, сказитель и потомственный охотник Тыко Вылко, по документам Илья Константинович, был первым, кто учил её жить по правде, и «рисовать закат закатом, а море морем рисовать». Это он предложил Архангельскому облоно прислать к ним, в становище Белушья Губа учительниц помоложе, а через три года, когда её контракт закончился, ещё раз попросил то же самое начальство, прислать ему её, девушку, которая чище всех запевает в хоре и так хорошо ладит с комсомольцами. А когда выходил на пенсию и возвращался на Большую землю, оценил и благословил её мужа Николая, порекомендовав бывшего моряка, а потом директора «Красного чума» в Белушке архангельским и нарьянмарским чиновниками: «Хочу оставить после себя Бурдикова Николая, всем он нравится, люблю я его». Илья Константинович вернулся в Архангельск, а Николай продолжил дело, начатое президентом Новой Земли. Точнее сказать, закончил это дело – ему было суждено подготовить переселение новоземельцев на Большую землю. Скоро здесь загремит на весь мир первый в России ядерный полигон, но об этом много написано, а списывать на глазах такой строгой учительницы как-то боязно.

Говорят, что Тыко Вылка согласился на великое переселение островитян, когда в высоком московском кабинете ему сказали:

 – Это надо сделать, чтобы в мире никогда больше не было войны.

Как прожить  «не по своему поводу»

Попросила нас напомнить читателям про бабушкин юбилей её внучка Екатерина:

 – Она вам про Тыко Вылку расскажет, а вы предложите её ученикам поздравить её по телефону с 90-летием. Напишите, что номер её телефона есть в редакции.

Молодой специалист Катя Бурдикова 13 лет назад прилетела в Нарьян-Мар на несколько дней, чтобы по просьбе отца забрать бабушку в Архангельск. Та жила вместе с мужем до его смерти в ужасных условиях: с потолка квартиры текло, полы прогнили, туалет… сами знаете, какие они в «деревяшках». Их дом на Полярной много десятилетий обещали «вот-вот» снести, потому и не ремонтировали. Она пофамильно помнит бывших чиновников, к которым все те годы обращалась – не от себя лично, а по просьбам соседей по многострадальному дому.

 – Я ведь ко всем приходила без предварительной записи, и всегда – не по своему поводу.

Точно так же, «без записи», она хлопотала и после выхода на пенсию за своих выпускников, которые звали или считали её мамой, в основном это были сироты. Школа-интернат ещё не носила гордого имени ненецкого педагога Антона Пырерки и доживала свой век в ветхом доме довоенной постройки. Сейчас многие её выпускники, встречаясь, радостно вспоминают, как хорошо им тогда жилось и почему тогда было лучше, чем сейчас. «Хорошо» и «лучше» – от того, что многие из них уже пенсионеры, а при встречах с учительницей, естественно, вспоминается детство, самый светлый отрезок жизни.

 – Какой там лучше? – удивляется она. – Девочки-первоклашки бегут в туалет, а я следом, как бы кто в яму не провалился. Туалеты промёрзли, в спальнях холодина, полы трясутся, через щели ветер гуляет, дети всю зиму по общежитию в валенках ходят. Их – 460, а нас, непосредственных руководителей интерната, четверо: директор Сергей Николаевич Тельтевский, завуч, завхоз и я – старший воспитатель.

Сейчас эта должность называется посолиднее – заместитель директора по воспитательной части, но дело не в названии, а в том, способен ли человек, которому из года в год доверяют такой букет характеров, привычек, врождённых и приобретённых, сплотить детей в единый коллектив. Её подопечные классы всегда обозначались литерой «Б» – в них набирали детей из национальных посёлков. Отправляя их на летние каникулы в стойбища к родителям, она в аэропорту шутила:

 – Пятое стадо, на посадку.

И дети шутку принимали.

А перед самым отправлением украдкой, чтобы никто не отнял, совала каждому денежку на дорожку. Знала, что дома их будут встречать родители, у которых за душой – ни гроша. Какие летом у пастухов зарплаты?

 – Всё, буквально всё тащила из дома, – улыбается сейчас Людмила Владимировна.

 Особенно муж ворчал, когда она уносила в сумочке банки с белой краской – большим в те времена дефицитом. Но когда-то, впервые переступив порог школы-интерната, она решила: во всех классах «Б» должны быть только светлые парты. На заработанные старшеклассниками деньги купили тазики, каждый на бортике написал краской свою фамилию. Каждый вечер лично следила, чтобы все они вымыли ноги.

 – Поздно вечером, после отбоя, обойду все койки с инспекцией: кто не вымыл – шагом марш к своему фамильному тазику.

Уходила из дома рано утром, а возвращалась поздней ночью. Муж ворчал, открывая дверь: «Шла бы уж туда, откуда пришла». Вспоминает про мужа и тут же добавляет без перехода:

 – Какую же интересную жизнь я прожила!

Мы раскручиваем вместе ленту этой жизни как бы в обратном направлении. Старшим воспитателем в Ненецкой школе-интернат она проработала 20 лет. А выйдя на пенсию, обивала пороги начальственных кабинетов, чтобы добиться если не правды, то хотя бы справедливости для всех своих выпускников. Только сирот через неё прошло более двухсот. Закона, обязывающего власть давать им жильё в обязательном порядке, тогда ещё не существовало.

 – Выпускали их, – и сейчас волнуется Людмила Владимировна, – в буквальном смысле на волю. Даже с собой в дорогу ничего не давали. Некоторые сразу после прощального звонка уезжали жить в тундру, некоторых мы сами в Красноборск в училище отправляли. Они оттуда сбегут и летят каким-то образом в Нарьян-Мар, кто-то ночует на чердаках, в подъездах или у друзей, таких же горемык. Как же так?! И я опять отправляюсь хлопотать за жильё и работу моим мальчикам, которые по старой памяти всё идут и идут ко мне.

Поскольку условия, в которых жила Людмила Владимировна, мало чем отличались от тех, в которых получали «путёвку в жизнь» сотни её воспитанников того ещё, ветхого интерната, сын Виктор принял решение забрать маму к себе в Архангельск. Так 13 лет назад появилась, а потом и осталась в Нарьян-Маре, опекать бабушку тогда ещё Катя, а теперь Екатерина Бурдикова, наш «товарищ по оружию» – сегодня она возглавляет и Общественную молодёжную палату при Собрании депутатов, и исполком регионального отделения Народного фронта.

Про честное слово

Мы выпили чайку, который заварила внучка, включили диктофон и… проговорили пять часов практически без перерыва. Проговорили – не очень точное определение. Говорила Людмила Владимировна, а Екатерина, которая знала все эти истории наизусть, подсказывала детали: «Расскажи про твоих учеников, которые до сих пор тебя навещают». И она послушно вспоминала. Про хулиганистого в детстве подростка из многодетной семьи Толю Рычкова, который обижал одноклассниц до такой степени, что пришлось вести его в милицию «на допрос», который она же и подстроила в педагогических целях. И как Толя исправился, перестал обижать девочек, потому что дал слово начальнику милиции не делать этого. И как потом Толя вырос большой-большой, завёл семью, построил в Тельвиске крепкий дом, родил с Тамарой трёх сыновей, завёл скотину…

 – Он часто навещал меня на Полярной и всегда что-то привозил в подарок: гуся с охоты, рыбу, которую ловил в Печоре, – даже неудобно было…

А ещё вспоминала про то, как решил бежать из пионерского лагеря через всю Украину – до Архангельска поездом, а в Нарьян-Мар самолётом – воспитанник из Каратайки Дима Вылко. К счастью для неё, директора лагеря, да и для сорванца тоже, поймали его в самом начале пути. Мальчишка с новоземельскими, а значит, близкими Илье Константиновичу, корнями тоже дал честное слово и никогда его не нарушал. А когда стал взрослым, Дмитрием Валентиновичем, привозил ей к праздникам талантливо написанные поздравительные адреса и чудесные букеты цветов. Кстати, в посёлке главу сельсовета в шутку или в память о корнях величают президентом Юшара.

 А диктофон всё записывает и записывает имена учеников, смешные случаи из их жизни детской, взрослые биографии. Там, в памяти, они не делятся на отличников и отстающих, потому что даже самые шкодливые из них дают ей слово больше так не делать, а вырастая, благодарят всеми доступными способами.

А корабль плывёт

За месяц перед смертью муж, вспомнила она, сказал:

 – Хорошо бы нам вернуться на Новую Землю.

Оба они знали, что эта затея уже не исполнима в реальности, зато часто возвращались туда в мечтах. Его любимое детище – островной «Красный чум». Воскресенье. Единственный фильм, который они засмотрели до дыр – немая картина про Робин Гуда 1922 года выпуска, которую крутили каждый выходной – других фильмов в клуб с модным тогда названием «Красный чум» просто не завезли. Два с половиной часа, в который раз они переживают за смелого и немногословного рыцаря. В клубе холодно, ученики по очереди крутят «динамо», чтобы согреться и дать необходимое для киноустановки электричество. Полочки вдоль стен, на которых рядами стоят, поблескивая закопчёнными стёклами, керосиновые лампы. Такие же полочки с лампами светят им и в школе. Пропахшие этим самым керосином, они организуют танцы, объявляют репетиции хора, где вместе с учительницами поют и танцуют молодые моряки. А вот и любимый праздник накануне нового тысяча девятьсот сорок какого-то года. Вылочка – так за глаза они называли председателя островного Совета – помогает соорудить из палки и щепок своеобразную и довольно странноватую «ёлку». На щепках-ветках украшения – комочки из разноцветных ниток. И моряки галантно приглашают дам к столбу, на званый ужин.

Один-то из них когда-то и присмотрит симпатичную учительницу, и она не сразу, но согласится в конце концов выйти за него замуж… Это случится ещё не скоро. Она ещё не знает своей будущей судьбы. Ей видится иное: снова и снова пароход «Рошаль» причаливает к высокому берегу становища, и она впервые ступает на Новую Землю. Илья Константинович несёт ей валенки, будущие ученики тащат до землянки нехитрый скарб в потёртом чемоданчике. А вот уже через восемь лет вместе со всем гражданским населением на одном просторном пароходе с красивым названием «Чиатурия» она отправляется в плавание к берегам Большой земли, прощаясь со своим островом, как потом окажется, навсегда.

Владимир ПОЧЕЧИКИН,  фото автора и из архива семьи Бурдиковых

Фотографии: 
Ваша оценка: 
Голосов еще нет

Комментарии

Добавить комментарий